Живое слово Евангелий

Продолжая разговор на поставленную нами тему, мы теперь, еще раз перечитаем Новый завет Господа нашего Иисуса Христа. Здесь мы можем и должны найти истоки решения всех проблем, здесь лежат начала и концы человеческих вопросов.

Интересующий нас вопрос об отношении к имуществу христианской общины мы встречаем в писаниях всех четырех Евангелистов.

Наиболее явно он раскрывается в прениях учеников с Иисусом в Вифании, в доме Симона прокаженного.

Итак, апостол Иоанн пишет:

"Мария же, взявши фунт нардового чистого мира, помазала ноги Иисуса и отерла волосами своими ноги Его; и дом наполнился благоуханием от мира.

Тогда один из учеников Его, Иуда Симонов Искариот, который хотел предать его, сказал:

Для чего бы не продать это миро за триста динариев и не раздать нищим?" (Иоанн, 12, 3-5)

То же говорит и апостол Матфей, прибавляя только, что не один Иуда попрекнул Иисуса, но вообще, "ученики Его вознегодовали: к чему такая трата?" (Матфей, 26, 8)

Что говорит нам Евангелие? Мы понимаем из этих слов, что Христос и его ученики творили благодеяния, на что и шли деньги милостыни, подаяния и дара. Это было настолько привычным, что нарушение этой традиции самим Иисусом вызвало ропот Его учеников, которые знали, что их Учитель -- сын Божий и Мессия. Иисус, позволивший потратить ценный дар на себя, подобно иудейским левитам, показался им достойным осуждения.

Евангелист Марк тоже пишет о ропоте некоторых учеников.

Таково первое прение, упоминаемое уже в первых Книгах, по вопросу имущества христианской общины. Мы видим здесь, что правила общины требовали тратить милостыню, прежде всего, на благодеяние, и это требование существовало уже при жизни Учителя. Причем, решал вопрос траты, не один Иисус, но все Его ученики совещались в этом, и имели право голоса. Еще один момент: деньги общины шли, конечно, и на необходимые нужды членов ее. Так, апостол Иоанн пишет о том, что на Тайной Вечери, когда Иисус сказал Иуде "что делаешь, делай скорее", подумали, что Учитель посылает Иуду купить "нам, что нужно к празднику". Но тут же он добавляет: "или чтобы дал что-нибудь нищим" Иоанн, 13, 29. Апостол здесь, по сути, говорит, что ученики ставили выше своей потребности в праздничном (а это была пасха) угощении дела нищелюбия.

Почему же Иисус сам нарушил это столь значимое правило, или, иначе, нарушил ли он его, позволив женщине так "неразумно" распорядиться немалым богатством?

Иисус сам разъяснил ученикам смысл произошедшего: Он понял, что негодование учеников направлено не только на Марию, сердцем почувствовавшую скорую земную смерть Иисуса, но и на Него. Вот Его слова:

"Что смущаете женщину? Она доброе дело сделала для Меня;

ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда имеете;

Возливши миро сие на Тело Мое, она приготовила Меня к погребению" (Матфей, 25, 10-12).

Мы видим, что подаяние Марии, это дань погребению, и день, когда рука дающего не оскудеет, будет и днем воскресения. Никто, помимо Марии, не подал в дар то, что оказалось на деле подаянием на смертный одр Сына Человеческого, в то время, как нищих мы всегда можем облагодетельствовать простой милостыней.

Иисус разъясняет это ученикам спокойно, понимая, что их негодование вызвано незнанием, непониманием того смысла, который несет в себе деяние Марии. Это событие нельзя мерить мерками обычного. Это -- преддверие таинства.

Иисус говорит:

"Истинно говорю вам: где ни будет преподано Евангелие сие в целом мире, сказано будет, в память ее, и о том, что она сделала" (Марк, 14, 9).

И ученики смирились. То благодеяние, которое они привыкли делать, померкло перед большим благодеянием -- приуготовлением Тела Иисусова к страстям и смерти.

Поступок Марии не был нарушением правила тратить подаяние и дары на благодеяние. Это было Высшее Благодеяние. Равно и Иисус не на себя лично растратил ценную милостыню, но совершил Торжество милостыни, соединив ее с жертвой, позволив возлиться милостыне на Тело жертвы.

Все ученики смирили свое негодование. Все, кроме Иуды.

Здесь мы переходим ко второй теме -- теме лжи и воровства, и теме неподобающего распоряжения имуществом общины, теме "копилки Иуды".

Апостолы жили в доверии. Это доказывает тот, хотя бы факт, что только один апостол Иоанн, младший из всех, прямо пишет, что Иуда был вор, причем он не говорит, что Иуда крал из ящика для милостыни, но, что он "был вор: он имел при себе денежный ящик и носил то, что туда опускали" (Иоанн, 12, 6). Воровство Иуды не было тем грехом, который не может проститься, но это мелочное воровство соседствует с воровством духовным, которое он совершил своим предательством, и тем, что совершил хулу на Духа Святого, который неоткупно присутствует Сыном Божиим Иисусом Христом.

Когда ученики вознегодовали на Учителя, они делали это по неведению, но открытие Истины смирило их негодование. Они не имели в сердцах своих зла, и сердца их были открыты Истине. Прение о трате никого, кроме Иуды не привело к исполнению решения предать Учителя, никто не решил противопоставить Истине свое своеволие. Возмущение учеников было искренним и беззлобным. Иуда же, по словам апостола Иоанна, говорил неискренне, "не потому чтобы заботился о нищих, но потому что был вор". Иуда увидел в поступке Иисуса нечто для себя опасное. Мы не знаем точно, было ли это опасение лишиться возможности воровать, или, может, нечто иное, но евангелисты Матфей и Марк указывают, что сразу после прения о деянии Марии, Иуда пошел к иудейским первосвященникам и воплотил свою мысль о предательстве.

Мы видим, как близко стоит вопрос о предательстве Иуды к вопросу о власти и распоряжении деньгами общины.

Иисус не проявляет свою власть, когда разъясняет ученикам смысл деяния Марии. Он есть Высшая Власть, власть Духа и Истины. Иуда не признает эту власть. Он решил сам распорядиться благодеянием, которое совершила для Иисуса Мария. Ему нужна не власть Истины, а духовное безвластие. Ему выгодна неправда и неоткровенность в вопросах распоряжения имуществом и в вопросах власти. Корыстолюбие, властолюбие и неискренность, то есть не слушание Истины -- вот истоки Иудиного падения. Здесь же мы видим желание сокрыть истину, свершать греховные дела в тайне от народа. Это напрямую следует из текста Евангелий.

Первосвященники "предложили ему тридцать сребренников. И с того времени он искал случая предать Его": говорит Матфей, 25, 15-16.

Первосвященники "услышавши обрадовались и обещали дать ему сребренники. И он искал, как бы в удобное время предать Его им": Марк, 14, 10.

Первосвященники "обрадовались и согласились дать ему денег; И он обещал и искал удобного времени, чтобы предать Его не при народе": Лука, 22, 5-6.

Здесь мы наблюдаем коренное различие Церкви Христовой от иудейского жречества. Первосвященники, самовольно распоряжающиеся жертвенными деньгами, используют их для оплаты услуг предателя. Ведь закон Моисея не говорит, на что можно, а на что нельзя тратить то, что священники получают в виде хлебных жертв, жертв повинности, благодарности и усердия. И вот, жертва Богу становится в иудействе платой предателю, а в результате мздой за убийство Бога-Сына. Можем ли мы представить подобное в Церкви Иисусовой?

Вернемся, впрочем, к Писанию.

Итак, корыстолюбие, неискренность и лживость -- вот что привело Иуду к пропасти предательства.

Конечно, сами по себе эти грехи не являлись смертными, они могли быть прощены при условии раскаяния. Однако это те грехи, которые свершались по наущению не Бога, но дьявола, который еще ранее вселился в Иуду, по словам евангелистов.

Иуда в результате восстал против власти Истины. Он предал Сына Человеческого. Маленькие нарушения и грешки, ставшие для него выше Истины, привели его к окончательному падению. "Копилка Иуды" -- это не тот ящик, который Иуда носил, но то, что он брал в тайне от всех, воровски из него. "Копилка Иуды" -- это его бедная душа, терявшая богатство слов Истины, из которой Иуда воровал милостыню возможного прощения. "Копилка Иуды" -- это ящик, в который складывал он стремление к извращению дел милосердия и благодеяния.

Священное Писание указывает нам прямой путь к Истине. Слушая животворное Слово, мы проникаемся Истиной.

Вот, что услышали мы:

Иисус и ученики Его творили из милостыни благодеяния. Они свершали это с чистым сердцем и искренне. Иисус не был единоличным распорядителем денег и ценностей, Он мог быть даже порицаем за личную трату. Он был духовным главой, но власть Его была властью не приказующей и распоряжающейся, но проясняющей и увещевающей.

Иуда, воспротивился этой власти Иисуса. Он противопоставил ей свою власть не-истины. Он пользовался доверием общины во зло. Он творил благодеяние неискренне. Он желал единолично распоряжаться милостыней, на что не имел согласия общины и Учителя.

Вот -- два пути. Выбор каждый делает сам.

Наполнять ли "копилку Иуды"?

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Загрузить   След >