Характеристика экономической реформы Китая

Принципы экономических реформ

Неотъемлемой чертой курса китайских экономических реформ является постепенность и осмотрительность, взвешенный подход к намечаемым преобразованиям. Китай, в отличие от России, пошел по другому пути к рыночной экономике. Россия использовала подход «шоковой терапии» в 1992 г., пытаясь добиться «необратимости» реформ посредством быстрого и радикального перехода к частной собственности и свободному рынку. Рыночные реформы в Китае начались раньше - в 1978 г. - и имели постепенный и экспериментальный характер.

«Суть “китайской модели” достаточно проста. Коротко говоря, она сводится к попытке внедрения элементов рыночной экономики в условиях неизменной социалистической политической системы. Но эта простота кажущаяся. При более внимательном рассмотрении становится очевидным, что программа осуществления реформ базировалась не на абстракте “необходимости перехода к рынку в одно прекрасное утро”, а, предлагая поэтапное их осуществление, учитывала реалии Китая, его традиционную культуру, формы организации труда и особенности привлечения к планируемым преобразованиям всех составляющих элементов китайского социума» [11, с. 68].

Россия в 1992 г. пришла к выводу, что ее политический аппарат, в частности коммунистическая партия, является помехой на пути экономических реформ; экономическим реформам предшествовали политическая реформа и демократизация. Напротив, Китай стремился к экономическим реформам под активным руководством со стороны коммунистической партии. Позиция Китая состоит в том, что разрушение политической системы приведет к нескончаемым политическим дебатам, борьбе за власть и в конечном итоге к стагнации и провалу экономических реформ.

В отличие от России в Китае считают, что план и рынок совместимы. Другими словами, в Китае поступили так, как поступают рачительные хозяева: не стали ломать старый дом, пока не построили новый. Китай идет, сверяя каждый следующий шаг в углублении реформ с практикой их осуществления и социальными ожиданиями народа.

Эта логика предопределила как основные приоритеты, так и степень радикализма предполагавшихся социально-экономических и политических реформ. В Китае, в отличие от Советского Союза, начали с экономики, причем с экономики деревни, где проживало более 80% населения. В 1984 г. эксперимент был распространен на города, и только совсем недавно он начал охватывать финансово-банковскую и частично политическую сферы. Постепенность и поэтапность в проведении реформ как раз и послужила одним из основных условий, обеспечивших их успех.

Китай защищал существование и развитие своих государственных предприятий и одновременно поощрял создание конкурирующих частных предприятий.

Важнейшим условием успеха китайских реформ является то, что государство на всех этапах сохраняло контроль за рыночными процессами в стране. И ныне в арсенале государства остаются методы и прямого, и косвенного регулирования, и чисто административного воздействия. Под его влиянием находятся практически все элементы создаваемой рыночной инфраструктуры.

Смысл мероприятий, которые планировалось осуществить на начальном этапе реформ, диктовался самой жизнью: отказ от чрезмерной централизации управления со стороны государства и расширение хозяйственных прав предприятий; сочетание плановых начал с механизмом рыночного регулирования, усиление дееспособности рыночных рычагов (цены, налоги, кредиты); переход от управления главным образом через административные органы и с помощью административных мер к управлению через хозяйственные органы с помощью экономических рычагов с установлением четкой юридической ответственности должностных лиц.

Главное в этих преобразованиях заключалось в развитии многоукладности, предоставлении предприятиям статуса юридического лица и расширении их оперативной самостоятельности, введении системы хозяйственных договоров, повышении инициативы и ответственности производственных и хозяйственных единиц и занятых непосредственно в производственной сфере трудящихся с предоставлением им соответствующих льгот со стороны государства.

Успех Китая на пути рыночных преобразований связан с тем, что сначала там создавали товарную экономику, единственным “институтом” которой является национальное предприятие, способное наращивать выпуск продукции и повышать ее качество. Лишь спустя длительное время - после нахождения способов балансирования между спросом, ценами и предложением, интересами предприятия и общества - в Китае заговорили о рыночном хозяйстве.

Именно ориентация на отечественного производителя и отечественное производство при попутном решении задач привлечения иностранных капиталов, товаров и инвесторов заложили основу не только экономического роста, но и, что наиболее важно, привели к одобрению политики реформ большинством населения. Не приняло китайское руководство и так называемую “шоковую терапию”.

Логика его действий была иной - то, что надлежит сделать прежде всего, должно отвечать интересам развития отечественного производства и повышения уровня благосостояния народа, базироваться на созданных в предшествующий период социально-экономических и материально-психологических условиях и наличии соответствующей законодательной базы.

В Китае с самого начала осуществления преобразований поняли главное: стратегическая цель реформирования любого общества - не реформы ради самих реформ, а реформы, преследующие целью повышение уровня благосостояния населения. Причем не какой-то одной малочисленной его части, а большинства населения. Поняли и другое: в том случае, когда во главу угла ставится принцип “цель оправдывает средства” и не учитывается количество летящих при рубке леса щепок, за спиной реформатора остаются моря крови и слез, общество поляризуется. Чтобы избежать такого результата, необходимо заранее договориться о границах допускаемой цены, превышение которой является абсолютным и беспрекословным требованием смены курса.

И такая практика дала свои положительные результаты. Во всяком случае, данные социально-экономического развития КНР за период реформ показывают, что имеющийся потенциал использовался достаточно эффективно и прирастал за счет как внутренних, так и зарубежных инвестиций. При этом Китай, являясь одним из крупнейших потребителей иностранных инвестиций в Азии, не угодил в долговую яму. Напротив, с учетом Гонконга его золотовалютные резервы достигли гигантской суммы, уступая в Азиатско-Тихоокеанском регионе лишь Японии. Социальные показатели улучшились, а уровень жизни народа значительно повысился.

Государство должно нести свою долю ответственности. Одна из особенностей того “реального социализма”, который пережили мы в Советском Союзе и опыт которого в значительной мере был заимствован и КНР, заключается в высокой степени участия государства во всех экономических и общественно-политических процессах.

Отсюда - не только высокий уровень социальных ожиданий от деятельности государства и доминирование идеи так называемой “социальной защищенности”, но и весьма специфическое место чиновного аппарата во всей системе экономических и общественных отношений. Таким образом, важнейшим фактором, обеспечивающим успех экономических реформ в Китае, является их последовательная социальная ориентированность. Разумеется, не в равной мере, но благотворность реформы ощущает лично на себе каждый китаец, что и делает его активным сторонником реформ.

«Менталитет членов социалистического общества предусматривает наличие “гарантированной государственной поддержки” и “социальной справедливости”, которые изначально находятся в противоречии с основными принципами рынка - экономической эффективностью и экономической целесообразностью» [3, с. 49].

Поэтому степень радикализма осуществляемых социально-экономических реформ имеет свой предел, за порогом которого возникают социальные конфликты, атрофия социальных чувств и, как следствие, экономический и, возможно, политический крах.

Другими словами, на переходном этапе остро встает вопрос о продуманности социальной политики, призванной обеспечить воспроизводство тех социальных ресурсов, из которых государство черпает себе поддержку и создает предпосылки для расширенного воспроизводства и своей деятельности, а также обеспечения стабильности всей общественной системы. Если государство “сбрасывает” с себя ответственность за социальную сферу, то оно очень скоро лишается социальной поддержки, что в конечном итоге ведет его к гибели.

При попытке осуществления реформ, предполагающих внедрение новых элементов управления, чиновный аппарат либо накладывает на них жесточайшие ограничения, сводящие на нет все благие начинания, либо присваивает себе “право первой ночи” на рынке, быстрее других наживаясь спекуляцией и использованием общественных средств в личных целях.

В результате идея развития рынка дискредитируется и недовольство народа усиливается, а идеологическое и политическое господство бюрократии подкрепляется ее экономическим господством; степень участия масс в социально и экономически значимых мероприятиях снижается, и развитие общества происходит не на рыночной основе, а на коммунистической редакции принципов государственного монополизма.

Все эти явления - неизбежная плата за “прекрасное” социалистическое вчера, и сегодня их можно наблюдать практически во всех постсоветских странах. Следовательно, главной задачей реформатора является решение вопроса о “включенности” чиновного аппарата в реформы. Причем на условиях, обеспечивающих, с одной стороны, его заинтересованность в ходе реформ, а с другой - невозможность использования служебного положения для их дискредитации. Задача весьма сложная, но, как показывает опыт Китая, вполне разрешимая.

Решение проблем рынка за счет урезания прав бюрократии, лишения ее возможности вмешательства в хозяйственную деятельность, ужесточения наказания за экономические преступления и коррупцию, как показывает практика, малоэффективны. Как же их решать? Тут надо учесть два обстоятельства.

Во-первых, реформа требует не только большого числа квалифицированных специалистов, но и - что самое существенное - перестройки мышления кадров. Старый же аппарат, воспитанный в духе чинопочитания, обязательного наличия привилегий и постоянно склонный к использованию своего положения в корыстных целях, в своем большинстве не готов к этому и требует замены, несмотря на его заслуги. На практике это осуществить трудно, но стремиться к этому необходимо.

Во-вторых, необходимо снизить степень политизации аппарата, четко определив функции органов власти и управления, прекратить практику, при которой главенствующее положение занимает не управление на основе закона, а управление, основанное на воле отдельных лиц.

Наконец, требуется повышение уровня правосознания народа и на этой основе развивать демократические традиции в обществе. Последнее же возможно только при радикальном изменении экономических отношений, четком определении отношений собственности.

Главным условием успеха явилась сама цель предпринятых в Китае реформ, которая была понятна, близка всем слоям населения страны, взывала к глубинным патриотическим и национальным чувствам китайцев - поднять страну, поднять народ, возродить величие Китая.

В любом переходном обществе, для которого характерен определенный идеологический вакуум, возникает вопрос: каким образом пробудить на уровне социальной системы энергию самоорганизации? При этом мы можем сколько угодно долго спорить о ненужности или нецелесообразности государственной идеологии, но заполнить этот вакуум чем-то все равно необходимо. Его можно заполнить абстрактными идеями и мифами, цена которым в скором времени становится очевидной.

А можно - целостным пониманием того этапа развития, на котором находится общество, выявив ту стержневую идею, которая способна пробудить энергию самоорганизации, и те активные социальные силы, которые получили шанс реализовать свои возможности в новых условиях и готовы идти дальше при понимании и поддержке предлагаемых “правил игры”.

Решение этого вопроса должно включать в себя прежде всего задачу создания принципа обратной связи между национальным лидером, государством и обществом. При этом союз национального лидера и активной части общества в интересах всего государства должен развиваться в условиях доминанты Закона и Порядка во имя перспективы прогресса и взаимного процветания.

«Немаловажное значение имеет и то обстоятельство, что цементирующая общество ключевая идея дает национальному лидеру карт-бланш в его действиях и способствует мобилизации политической и экономической активности населения. Нельзя допускать ситуации, в которой в обществе начинает формироваться “дефицит определенности”. Нельзя, отобрав у большей части народа веру, ничего не дать ей взамен» [3, с. 50].

В Китае к этому пониманию пришли еще до начала радикальных экономических и политических реформ. Идея “возрождения Великого Китая” объединила не только все населяющие Китай народы, но и соотечественников за рубежом. Идеология начала работать на пользу экономике, социальной и политической стабильности. И в этом - один из главных уроков китайских реформ.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Загрузить   След >